Путешественник отправился к удаленному племени на тихоокеанском острове и пропал

Проведите немного времени с исследователем Бенедиктом Алленом и его женой Ленкой и станет ясно, что они не склонны к сентиментальным приступам или ненужным проявлениям физической привязанности. Тем не менее, когда Бенедикт, наконец, вернулся домой из джунглей...

Проведите немного времени с исследователем Бенедиктом Алленом и его женой Ленкой и станет ясно, что они не склонны к сентиментальным приступам или ненужным проявлениям физической привязанности. Тем не менее, когда Бенедикт, наконец, вернулся домой из джунглей Папуа — Новой Гвинеи в прошлый вторник, он крепко обнял свою жену и долго ее не отпускал. Его трое детей также прибежали из своих спален, чтобы обнять папу. В ту ночь они спали все вместе: наконец-то семья воссоединилась.

Последний раз Бенедикт видел свою семью в сентябре. После этого он отправился в путешествие к удаленному племени на тихоокеанском острове Папуа — Новая Гвинея. Через некоторое время его жена Ленка сообщила, что муж пропал без вести. Он должен был позвонить ей из Гонконга, но этого не произошло. Сам Бенедикт путешествовал без телефона, поэтому не смог сообщить, что опасно заболел малярией. Он был на грани. Мужчина в одиночку шел через джунгли, населенные враждующими племенами. Он пытался добраться до ближайшей западной миссии, но с болезнью это было тяжело. Ленка называет это путешествие не иначе как самоубийством.

Думать о том, что могло случиться, не хочет никто. Это кажется слишком ужасно. Бенедикт по-прежнему серьезно страдает от малярии. В джунглях у него начались галлюцинации, во время которых он слышал, как маленький сын зовет его домой. У мужчины диагностировали лихорадку денге, которую переносят комары. В редких случаях она заканчивается смертью. В настоящее время мужчина страдает от проблем с концентрацией и провалами в памяти.

Сейчас он перечитывает свой дневник из экспедиции. Осознав, что вертолет летит, чтобы спасти его, Бенедикт написал: «Кто бы это ни был: Бог или другие высшие силы, я просто хочу обнять и поцеловать его».

— Я так благодарен Сэму Гринхиллу (почтальон, который нанял вертолет) и своей жене, — рассказывает мужчина. — Я держу свои чувства внутри, но я люблю тебя, Ленка.

Большинство жен за такое бы сильно обиделись, ведь он буквально бросил ее в ад неведения. Ленка призналась, что ей очень не понравилась идея экспедиции в Папуа — Новую Гвинею.

— Заботиться о двухлетнем ребенке и о двух старших детях в одиночку — это изнурительно. Мне нужна была поддержка Бенедикта. Так что мы немного поссорились, когда он сказал, что уезжает на два месяца. Увы, он может быть очень упрямым. Как только Бенедикт что-то задумает, то его очень сложно переубедить. В конце концов он сказал, что поездка принесет семье много денег, а у меня не было аргументов против этого, — рассказывает Ленка.

Бенедикт признается, что он вернулся совсем другим человеком. До поездки он страдал от жизненного кризиса.

—  Я больше десяти лет отказывался от экспедиций ради своей семьи, но чувствовал себя ужасно. Я был в изгнании, живя в Праге. Я чувствовал, что потерял контроль над своей жизнью. Я начал думать, что моя жизнь теперь уже ничего не стоит. Много лет я не писал книги и не делал ничего интересного. Я бы не сказал, что моя жизнь была полностью бессмысленной, потому что меня окружали дети, но чего-то явно не хватало. Внутри меня была дыра, которую я хотел чем-то заполнить, — рассказывает Бенедикт. — Может быть, мне нужно было почувствовать, как ценна семья, поэтому я и ушел.

Бенедикт — сын летчика-испытателя. Мама тоже поощряла его любовь к приключениям, поэтому уже с 10 лет он хотел заниматься исследованиями. В 22 года он отправился в свою первую экспедицию на Амазонку, предварительно собрав деньги на упаковке книг. В походе по северо-восточному бразильскому тропическому лесу он провел 5 месяцев. Он дважды болел малярией и почти умер от голода. Чтобы спастись, ему даже пришлось съесть свою собаку.

—  Я убил пса своим мачете. Это было ужасно. К тому моменту я был уже в бреду. Я много плакал, потому что думал, что умру, — вспоминает мужчина.

Когда он позже рассказывал свою историю, многие ему не поверили. Отчасти из-за неопытности, а также из-за скорости, с которой он шел через тропический лес.

—  Мама мне всегда говорила: «Твой день наступи», и это поддерживало меня, — смеется мужчина.

Он познакомился с племенами Папуа — Новой Гвинеи в другой экспедиции. Ему уже было 24 года. Ради этого он участвовал в длительной и жестокой церемонии посвящения в племени ниовр, чтобы стать «сильным, как крокодил». На теле мужчины остались ужасные шрамы.

—  Церемония посвящения была адской, — вспоминает Бенедикт. — Мою голову побрили, одели в небольшую юбку из травы и привели в домик рядом с духовной хижиной. В первый день меня порезали бамбуком — это были знаки «крокодила». Я потерял несколько литров крови и не мог встать после этого. Затем происходили ежедневные избиения, которые продолжались 6 недель. В течение первой недели я находился в шоке, думая только о том, через что я прошел. Было много плача и боли. Но через неделю боль отступила на задний план — я помогал заботиться о своих собратьях, которые также проходили через эту инициацию. Когда я вернулся в Англию со своими клеймами крокодила, я подумал: «Я не принадлежу этому миру». Это было очень тяжело для моей матери. Я вернулся в Папуа — Новую Гвинею, но обнаружил, что мне там тоже нет места.

— Мои собратья продолжали свою жизнь, — рассказывает он. — Мне стало ясно, что церемония посвящения была лишь подготовкой для них, чтобы они могли достойно выполнять свой долг перед деревней. Я никогда не мог быть одним из них, так к чему эта церемония подготовила меня? Я решил, что это подготовка меня как исследователя.

Его исследование привело его в далекое племя Яифо, считавшееся одним из последних племен, не имеющих контакта с внешним миром.

—  Я путешествовал по Папуа — Новой Гвинее, документируя свою экспедицию, и оказался в области под названием Бисорио. Там было обнаружено золото, поэтому я чувствовал, что обязан задокументировать жизнь племени Яифо, чья жизнь вскоре будет кардинально изменена пришлыми западными людьми.

Он пробыл в племени чуть больше недели. Яифо был враждующим народом, который встретил его с нарисованными лицами, луками, стрелами и грозным танцем. Бенедикту пришлось уйти, но чувство незавершенности миссии способствовало его решению вернуться обратно этой осенью. В перерыве между этими путешествиями он познакомился с Ленкой.

Они поженились в 2007 году. Появились дети. Все шло хорошо, пока он вновь не отправился в экспедицию в Новую Гвинею с известным телеканалом. Он узнал, что племя Яифо все еще живет там. Мужчина любил свою семью, но был разочарован ограничениями домашней жизни. Это стало для него знаком.

— Как будто меня звал лес, — рассказывает он. —  Я подумал, что все еще не кончено. Я чувствовал, что у меня есть такая возможность и что я должен воспользоваться ею.

—  Мне предложили взять телефон, но он не так полезен, как думают люди. Если вы находитесь в густых тропических лесах, то каким образом вы собираетесь позвонить? Куда приземлится вертолет? Я 30 лет провел в лесах без телефона. Я хотел положиться на помощь местного населения.

Когда вертолет сбросил Бенедикта в Бисорио, он был «довольно веселым».

— Я снова делал то, что делал в молодости. Запахи, плоды на деревьях, птицы — все было тем же. Мне потребовалось 7 дней, чтобы добраться до деревни Яифо, — говорит Бенедикт.

Кстати, он единственный белый человек, который когда-либо совершал это путешествие.

— Я боялся, что западная цивилизация плохо на них повлияет. Но я нашел их свободными. Они по-прежнему жили общиной со старым укладом. Некоторые молодые люди были в западной одежде, переданной через лес, но они были сами собой. Они начали приспосабливать западный мир, но на своих условиях.

Бенедикт планировал остаться в деревне на неделю-другую, но через 3 дня услышал истории про войну в племени. Оказалось, что они враждуют с соседним племенем. Он решил, что пора возвращаться домой.

Бенедикт 6 дней возвращался по джунглям до миссии Пиавара. Он был ослаблен малярией и проливным дождем.

—  В джунглях время измеряется не милями, а днями. Моя проблема заключалась в том, что я сильно вымок (как и мои вещи). Таблетки от малярии размокли, и я заболел.

В дневнике мужчина подробно описывал свое ужасное состояние: «Царапины, зуд. Не реагирую на лекарства. Сильно ослаб. Моча оранжевая. То холодно, то жарко. Может быть, грипп? Выхода нет. Почти потерял сознание. Наводнение. Никаких лекарств нет. Москитная сетка. Лихорадка. Все плохо».

—  Все вышло из-под моего контроля. В ночь перед тем, как мы добрались до лагеря миссии, все затопило. Я потерял почти все мое оборудование, но держался за мысль, что мы трогательно расстались с племенем, — вспоминает Бенедикт.

Когда он все-таки добрался до миссии, она была пустынна. Радио не работало. Началась сильная лихорадка. Бенедикт был настолько убежден, что никогда не увидит свою семью, что даже записал сообщение для своей семьи.

— Когда я увидел вертолет, то он показался мне ангелом, спускающимся с небес, — рассказал мужчина.

 

 

 

 

 

Источник

 

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.7MB | MySQL:71 | 0,288sec